Читать дальше ->Должна признаться, что о существовании этого произведения мне было известно довольно давно. Года два или три, наверное, точно
На тот момент, неожиданно даже для самой себя, мне каким-то неведомым образом «прилетело» прикипеть к этому человеку не только, как к талантливому художнику, но и как к неисчерпаемому источнику всяческих интересных штук, которым раньше в моей жизни или не было места, или они самым бессовестным образом проходили мимо меня.
Ну, так я о чём. В одном из диалогов всплыла книжная тема в общем, и обсуждаемый «Дом, в котором...» в частности. Прознав, что это творение мной ещё не читано, мне было настоятельно рекомендовано взять себя за шкирку и в безотлагательном порядке исправить это упущение. Придавив каблуком взбухнувшую было жабу и до невозможности заинтригованная я незамедлительно впорхнула в запылившуюся закладку сайта букинистического магазина и заказала всю трилогию разом.
Как в ожидании посылки мне удалось удержаться и не наловить спойлеров, и не попытаться прочесть или разузнать что-нибудь ещё заранее — до сих пор является загадкой для себя самой. И вот, посылка в руках, распечатана, и обещанные строки, после которых, цитата — Прощай, что ли.) — конец цитаты.
«...Всё началось с красных кроссовок...».
И всё. Ничто не смогло меня остановить и заставить бросить читать эту, оказавшейся бесспорно какой-то невероятной и завораживающей, книгу. Едва ли не с самых первых страниц возникло желание вспомнить свою «первую молодость» и начать заново вести заветный блокнот, в который перетащить все-все-все цитаты, запавшие в душу. Всколыхнувшие её. Растормошившие. Ну, как? Как можно было бы пройти мимо: «Я сделал что-то выходящее за рамки. Повёл себя, как нормальный человек»? Уже на этих строках подтвердилось, что это произведение — особенное.
Думаю, что я — молодец, раз у меня получилось не поддаться искушению забежать вперёд. Открытие того, кто будет героями истории, заставило куда более вдумчиво, чутко и, признаюсь, с некоторой долей опаски, отнестись к разворачиваемым на бумаге событиям, взяться за чтение.
...Взяться за чтение, чтобы облегчённо «выдохнуть», что книга совершенно не страшная, не провокационная и не скандальная. Чтобы приятно удивиться настоящим, живым обитателям Дома, к которым хочется тянуться всей своей душой, или что там прячется у нас внутри за грудной клеткой.
И чтобы с обидным горьким сожалением осознать, что для этой книги ты умудрилась опоздать самым что ни на есть бессовестным и непростительным образом. Мне бы эту книгу получить в свои руки лет пять назад!
Тогда, когда все эмоции и чувства были на целый порядок, а то и не на один, ярче и сильнее; когда ещё своими мыслями и восторгами получалось делиться без оглядки на мнение окружающих. Да-да-да... Именно тогда, когда трава была зеленее, а небо — голубее.
Честно, перевернув последнюю страницу книги, почувствовала себя едва ли не Ральфом I. В растерянности, недоумении, и полным отсутствием идей, что же делать дальше. Ральфом I, тем единственным взрослым, которому удалось, насколько это вообще возможно, проникнуться сутью Дома, максимально приблизиться к его обитателям. Изо всех сил старающимся узнать... понять... принять правила и законы Дома. Своих воспитанников. И оказаться не в силах продвигаться дальше. Быть максимально близко, но в то же самое время — оставаться лишь рядом. Не вместе.
Но если отбросить горький пепел сожалений и упущенных возможностей, то того, что книга сама по себе — что-то невообразимо неожиданное, свежее, и, что таить, будоражащее — всего этого у неё не отнять. Невозможно передать словами, с каким трепетом и пиететом я вчитывалась в причудливо переплетающиеся истории настоящего и прошлого каждого из героев. Причём это оказалось написано так умело и тонко, что все эти временные скачки туда-сюда-обратно совершенно не раздражали. Наоборот, раз за разом подогревали любопытство и интерес к грядущим событиям. Безотрывно держали в ожидании, предвкушении, сопереживании и беспокойстве. В просто неприлично ярком и многообразном спектре эмоций, которые мне теперь в обыденной жизни уже долгое время или недоступны, или и вовсе недоступны.
Совершенно не жалею о проведённом за страницами времени. Это... это было познавательно. Это стало бодрящим глотком свежего морозного воздуха. Моей персональной Наружностью на целый месяц, которая не пугает и не ужасает, а, наоборот — восхищает и пытается удержать внутри себя. Да. Именно Наружность. Именно удержать. Именно внутри.
Обидно только, что тщетно.